«Ни копеечки нет». Под Дрогичином разваливается памятник архитектуры XIX века, местные ищут деньги

0
176

Дыра в крыше, торчащие из-под кровли балки, свисающая сломанная башня, разбросанные кирпичи — если вы давно хотели увидеть один из красивейших и старейших белорусских памятников неоготики, то лучше поспешите: скоро смотреть будет не на что. Берите детей, друзей, коллег, родственников до третьего колена и езжайте в агрогородок Закозель, где посреди старого парка разрушается часовня-усыпальница рода Ожешко 1839 года постройки. Сколько она еще протянет, неизвестно: реставрацию памятника нужно было начинать еще 10 лет назад, но ни тогда, ни сейчас денег на это в бюджете нет.

«Ни копеечки нет». Под Дрогичином разваливается памятник архитектуры XIX века, местные ищут деньги

Агрогородок Закозель — как дальний потомок обедневшего шляхетного рода: внешне невзрачный, местами банальный, но все еще хранящий в себе память о тех временах, когда его имя было на слуху. Есть в закромах Закозеля и свое «фамильное серебро», напоминающее о былом величии, — часовня-усыпальница рода Ожешко. 180-летний памятник неоготической архитектуры, который пережил две войны, медленно разрушается на глазах туристов и местных жителей.

«Сейчас там уже и крыша валится, и башни падают»

Полесская ветвь рода Ожешко закозельские земли получила в XVIII веке. Столетие спустя, когда хозяином имения был Никодим Ожешко, здесь вырос усадебный дом, пейзажно-регулярный парк площадью 30 гектаров и часовня-усыпальница для представителей рода. Строилась каплица по проекту Франтишка Ящольда, который участвовал в создании дворца Пусловских в Коссово.

— Усыпальницу он строил для представителей шляхетного рода Ожешко, — рассказала местный краевед, преподаватель воловельской школы Инна Яковчик. — Здесь не было храма католического, ближайший был далеко, в деревне Бездеж, поэтому в усыпальнице проходили богослужения. В подвальном помещении часовни располагались крипты с гробами усопших представителей рода. Вокруг был очень красивый парк со своей системой прудов, связанных каналами. Можно было на лодке плавать по всей территории, переплывая из пруда в пруд. Пруды эти сохранились, но они подзаросшие, и каналы уже не функционируют.

«Ни копеечки нет». Под Дрогичином разваливается памятник архитектуры XIX века, местные ищут деньги

По легенде, именно в закозельской усыпальнице Элиза Ожешко скрывала некоторое время генерала Ромуальда Траугутта, который возглавлял Кобринский повстанческий отряд во время восстания 1863−1864 гг.

— Говорят, там в башенке была комнатка, в которой Элиза Ожешко его укрывала, пока жандармы его везде искали. Когда поиски стихли, она его вывезла на повозке и переправила в Польшу, — объяснила собеседница.

«Ни копеечки нет». Под Дрогичином разваливается памятник архитектуры XIX века, местные ищут деньги

После подавления восстания мужа Элизы Ожешко Петра сослали в Пермскую губернию, а имение в Людвиново конфисковали.

— Элиза Ожешко за мужем не поехала, а отправилась на Гродненщину. Там она очень много делала для народа. Есть такая история, что, когда она болела, люди выстелили дорогу перед ее домом соломой, чтобы проезжающие экипажи не стучали и ей не мешали, — рассказала Инна Николаевна.

В 1893 году Закозель передали графине Бобринской, которая привела в порядок усадебный дом, а усыпальницу оставила в неизменном состоянии.

— Когда она была построена, то ее покрыли медной крышей. В Первую мировую войну немцы эту медь содрали, увезли в Германию. Позже, когда имение передавалось от одного владельца к другому, крышу сделали жестяную. Сейчас там уже и крыша валится, и башни падают. Очень страшно на это смотреть. Я думаю, что еще лет 10 — и приедете вы писать о том, как рухнула усыпальница. Я живу здесь с 1993 года, а воз и ныне там. Приезжал к нам и внучатый племянник Флориана Ожешко. Он тогда оставил 50 долларов, на которые вокруг захоронения положили плитку, — говорит краевед.

«Ни копеечки нет». Под Дрогичином разваливается памятник архитектуры XIX века, местные ищут деньги

Инна Николаевна в Закозель переехала с семьей в 1993 году — после того как ее отца назначили председателем местного колхоза. С того самого времени она и наблюдает за медленным распадом архитектурного памятника:

— Мой отец уже в 1993 году обратил внимание, что к усыпальнице было не подойти — все кустами заросло. Они территорию расчистили, и благодаря отцу там хоть какой-то санитарный порядок поддерживался. Потом к благоустройству школа подключилась. Но что там школьники сделают? Мусор уберут, листья подгребут. Несколько лет назад выделили какие-то средства, на них поставили несколько фонарей, которые не функционируют. Местные жители рассказывали, что в советские времена в усыпальнице были витражи красивые, цветные. Мои ровесники еще помнят, как кидали в них камешки.

Белорусский ученый Анатолий Федорук в своей книге «Старинные усадьбы Берестейщины» так описал часовню:

«В необычайно красочном сооружении, построенном в 1839 году, на окраине парка, сочетаются наиболее выразительные формы и мотивы готики. Их составляют насыщенность фасадов креповками, пилоны-контрфорсы, башенки, вытянутые по вертикали ниши, стрельчатый входной портал, легкий и ажурный, словно кружевная вуаль, нервюрный свод зала, стрельчатые окна и витражи и стремящаяся ввысь сигнатурка с остроконечным шпилем, заканчивающаяся готическим крестом».

В 2008 году в Закозель приехали археологи, которые нашли останки представителей рода Ожешко.

— Во время раскопок нашли старые пуговицы, фрагмент слуцкого пояса, остатки погребального савана и кости человеческие. Экспертиза установила, что останки принадлежали четверым людям. Мы их перезахоронили возле усыпальницы, — рассказала Инна Яковчик.

«Ни копеечки нет». Под Дрогичином разваливается памятник архитектуры XIX века, местные ищут деньги

Также во время раскопок обнаружили бронзовые фрагменты гробов, фрагменты одежды усопших, деревянной декоративной резьбы.

Археологическая сенсация привлекла внимание к плачевному состоянию каплицы, была составлена проектно-сметная документация, и начались подготовительные работы по реставрации часовни, которые так и не завершились из-за недостатка финансирования.

Сейчас за памятником неоготики ухаживают небезразличные сельчане и школьники:

— Это наша территория. Усыпальницу обнесли хлипеньким забором — показать, что туда не нужно подходить. Там действительно опасно — кирпичи обваливаются, — вздохнула краевед.

«Ни копеечки нет». Под Дрогичином разваливается памятник архитектуры XIX века, местные ищут деньги

«Существует опасность обрушения»

В отделе идеологической работы, культуры и по делам молодежи Дрогичинского райисполкома над вопросом реставрации усыпальницы бьются не первый год. В 2008 году была изготовлена проектно-сметная документация, но достаточных для проведения работ средств так и не выделили.

— В 2017 году мы сделали корректировку проектно-сметной документации. Однако так как корректировка через два года теряет силу, мы опять решили напомнить о себе — и еще раз попытаться найти финансирование. Подали документы в Фонд президента. Если у них будет возможность нам денег дать, очень хорошо. Если нет, то мы хотя бы дадим о себе знать. (…) Стараемся предлагать и в проектах участвовать, но пока нами никто не заинтересовался. Сейчас наш музей ищет родственников Ожешко, — рассказывает методист по охране историко-культурного наследия Людмила Веремейчик.

Научный руководитель по разработке научно-проектной документации памятника реставрации усыпальницы Ольга Ничипорчик в беседе с TUT.BY подчеркнула, что сейчас состояние памятника критическое:

— Объект разрушается, ничем не защищен.

По словам специалиста, первым пусковым комплексом реставрации предусмотрены первоочередные работы по защите памятника от дальнейшего разрушения.

— Все работы будут выполняться только снаружи, так как существует опасность его обрушения. Первая цель — «высушить» свод. Если нам это удастся, то мы будем проводить мониторинг его состояния как минимум год. Тогда уже можно будет делать повторное исследование и дальше принимать решение о том, как восстанавливать изнутри. Комплекс внутренних ремонтно-восстановительных работ уже будет идти во вторую очередь, — сообщила Ольга Ничипорчик.

«Ни копеечки нет». Под Дрогичином разваливается памятник архитектуры XIX века, местные ищут деньги

Сметная стоимость первоочередных реставрационно-восстановительных работ в ценах января 2019 года составляет 816 580 рублей (почти 380 тысяч долларов). Перспективы получить бюджетное финансирование туманные, поэтому власти открыли благотворительный счет для сбора средств на восстановление памятника. Пока краудфанд-кампания стоит на месте:

— Ни копеечки не было вообще, — вздыхает Людмила Веремейчик.

Номер благотворительного счета для сбора средств на реставрацию часовни-усыпальницы:

BY24 AKBB 364 221 50 000 441 300 000 ф-л 802 ОАО «АСБ Беларусбанк» код АКВВВY21802 УНП 200 070 815 ОКПО 022332401000.

Источник